Он вернул дела двух граждан, привлеченных к ответственности в рамках ч. 3 ст. 8.8 КоАП РФ, на новое рассмотрение со ссылкой на соответствующее постановление КС

02 апреля 2025

10 марта Верховный Суд РФ вынес постановления по делам № 38-АД25-3-К1 и № 38-АД25-2-К1, касающимся применения ч. 3 ст. 8.8 «Использование земельных участков не по целевому назначению, невыполнение обязанностей по приведению земель в состояние, пригодное для использования по целевому назначению» КоАП РФ, с участием двух граждан, которые добились признания этой нормы неконституционной.

В мае 2022 г. главный госинспектор по использованию и охране земель межмуниципального отдела по Заокскому и Ясногорскому районам Управления Росреестра по Тульской области оштрафовал А.Б. и И.Ф. по ч. 3 ст. 8.8 КоАП на 20 тыс. руб. каждого. Он выявил, что принадлежащие им на праве собственности участки земли – сформированные в результате выдела в натуре соответствующих долей из общей долевой собственности на доставшийся им в наследство участок – из состава земель населенных пунктов с разрешенным использованием «для индивидуального жилищного строительства» не использовались более семи лет. В ходе внеплановой документарной проверки было установлено, что спорные участки не огорожены, заросли деревьями и кустарниками, на них не ведется строительство жилых домов, отсутствуют иные постройки. При этом заявители не обращались за разрешением на строительство либо с уведомлением о планируемом строительстве жилого (садового) дома в уполномоченные органы местного самоуправления.

Постановления госинспектора устояли в судах различных инстанций. При этом суды сочли, что земельный участок может быть изъят у собственника, если он предназначен для ведения сельского хозяйства либо жилищного строительства и не используется по целевому назначению в течение трех лет, если более длительный срок не установлен законом. В этот период не включается время, нужное для освоения участка, за исключением случаев, когда участок относится к землям сельскохозяйственного назначения, оборот которых регулируется Законом об обороте земель сельскохозяйственного назначения, а также время, в течение которого участок не мог быть использован по целевому назначению из-за стихийных бедствий или ввиду иных обстоятельств, исключающих такое использование. Правоприменители исходили из того, что законом установлена обязанность по использованию участка земли по назначению в течение вышеуказанного трехлетнего срока.

А.Б. и И.Ф. обратились с жалобами в Конституционный Суд, который Постановлением № 50-П/2024 признал ч. 3 ст. 8.8 КоАП РФ не соответствующей Конституции в той мере, в какой в контексте правоприменительной практики предусмотренная ею административная ответственность наступает за неисполнение обязанности по использованию в течение установленного федеральным законом срока земельного участка, предназначенного для ИЖС, в указанных целях в отсутствие в действующем регулировании прямого, ясного и недвусмысленного указания на такой срок.

Он, в частности, указал, что при формулировании ч. 3 ст. 8.8 КоАП в качестве бланкетной нормы законодателем также был предусмотрен обязательный признак – установление федеральным законом, к которому отсылает вышеуказанная норма, обязанности по использованию участка земли в течение определенного срока. Однако, в отличие от аналогичных положений, касающихся неиспользования земельного участка из состава земель сельскохозяйственного назначения, оборот которых регулируется Законом об обороте земель сельскохозяйственного назначения, содержащихся в ч. 2 и 2.1 этой статьи, где указание на применение установленного этим законом срока дано в утвердительной форме, ч. 3 не предусматривает подобной конкретной отсылки к регулятивной норме, за нарушение которой установлена административная ответственность. Она лишь содержит формулировку «в случае, если обязанность по использованию такого земельного участка в течение установленного срока предусмотрена федеральным законом».

Такое регулирование, в отличие от конструкции ч. 2 и 2.1 ст. 8.8 КоАП, по своему буквальному смыслу не позволяет рассматривать какую-либо норму – действующую на момент установления соответствующего регулирования и предусматривающую срок, не указанный прямо в качестве срока исполнения обязанности по использованию земельного участка по назначению, – в качестве содержащей необходимое условие применения мер административной ответственности. Так, в оспариваемой норме не имелось прямой отсылки к уже действовавшей ст. 284 ГК РФ – норма которой о возможности изъятия у собственника при неиспользовании по целевому назначению в течение трех лет участка, предназначенного для строительства, рассматривается правоприменителями в качестве регулятивной, взаимосвязанной с оспариваемой бланкетной охранительной нормой для целей применения административной ответственности и устанавливающей срок исполнения соответствующей обязанности, – несмотря на возможность использования законодателем такого юридико-технического приема.

«При этом обращает на себя внимание и отличие формулировки ч. 3 ст. 8.8 КоАП РФ в части отсылки к федеральному закону от ранее (с 22 марта 2005 г. до вступления в силу Федерального закона от 8 марта 2015 г. № 46-ФЗ, выделившего составы правонарушений, состоящих в неиспользовании земельного участка по назначению, в отдельные части этой статьи) установленной в данной статье для характеристики бездействия правообладателя земельного участка нормативной конструкции: "в течение срока, установленного федеральным законом”. Законодатель, прибегая к конструкции "в случае, если”, мог исходить из отсутствия в действующем на момент установления этой редакции нормативном регулировании обязанности использовать земельные участки с видами разрешенного использования, перечисленными в ч. 3 ст. 8.8 КоАП РФ, в определенный срок», – отмечалось в постановлении КС.

Ранее в судебной практике у судов возникала неопределенность в понимании того, к какому федеральному закону отсылает оспариваемая норма. Так, в ряде случаев суды полагали, что ни ст. 284 ГК РФ, ни иными нормами действующего законодательства не установлен какой-либо срок, несоблюдение которого влечет административную ответственность, и принимали судебные акты в пользу лиц, привлекавшихся к такой ответственности. Тогда в судебной практике, объем которой незначителен, сложился единообразный подход к применению ч. 3 ст. 8.8 КоАП РФ во взаимосвязи со ст. 284 ГК РФ, нашедший отражение и в делах заявителей. В этих спорах суды, отклоняя доводы заявителей о том, что текущим регулированием не установлена обязанность по использованию земельного участка для жилищного строительства в течение определенного срока, со ссылкой на положения ст. 284 ГК РФ отказывали в удовлетворении требований об оспаривании постановления о привлечении к административной ответственности.

Вместе с тем вступающими в силу с 1 марта 2025 г. поправками предусмотрено, что освоение земельных участков для ИЖС не сможет быть более трех лет. Соответственно, вступление в силу нового регулирования должно устранить препятствия для применения ч. 3 ст. 8.8 КоАП РФ.

Поскольку Конституционный Суд постановил пересмотреть судебные акты с участием заявителей, в своих постановлениях судья Верховного Суда  РФ Сергей Кузьмичёв, рассмотрев жалобы А.Б. и И.Ф., со ссылкой на вышеуказанное постановление КС РФ напомнил, что в условиях отсутствия в законодательном регулировании прямого, ясного и недвусмысленного указания на обязанность использовать земельный участок, предназначенный для строительства индивидуального жилого дома, в соответствующих целях в течение определенного срока – притом что во всяком случае в качестве такого указания не может рассматриваться ст. 284 ГК РФ – применение ч. 3 ст. 8.8 КоАП РФ, устанавливающей административную ответственность за неисполнение правообладателями земельных участков этой обязанности, приводит к возложению на них ответственности за деяние, которое в момент его совершения не признавалось правонарушением. Это не согласуется с принципом равенства и справедливости при применении мер публичного принуждения и тем самым приводит к несоразмерности административно-деликтного воздействия на общественные отношения, подрывает доверие к закону и действиям государства, в связи с чем вступает в противоречие с Конституцией.

«Судебные акты, вынесенные по делам с участием граждан А.Б. и И.Ф. на основании ч. 3 ст. 8.8 КоАП РФ, признаны подлежащими пересмотру в установленном порядке. Фактические конкретные обстоятельства настоящего дела об административном правонарушении подлежат выяснению применительно к приведенной позиции Конституционного Суда РФ, которой выводы, сделанные в обжалуемых актах, не соответствуют», – заметил судья ВС РФ, который отменил оспариваемые судебные акты и вернул дела обоих граждан на новое рассмотрение в первую инстанцию.

https://www.advgazeta.ru/